За прошлый год и первые шесть месяцев текущего на российских военных полигонах и складах произошло более двадцати случаев взрывов снарядов. В чем дело – в некачественных боеприпасах, устаревших технологиях производства или безалаберности их хранения?
Руководство страны ставит амбициозные задачи – к 2020 году довести долю новых вооружений и техники в армии до 70 процентов, причем в подавляющем большинстве они должны производиться на отечественных оборонных заводах. Справится ли с такой задачей та же боеприпасная отрасль и какие проблемы «оборонки» требуют незамедлительных решений?
Об этом наш разговор с Радиком Хасановым, руководителем Татарстанского регионального отделения Союза машиностроителей России, генеральным директором ОАО «Производственное объединение „Завод имени Серго“(POZIS), которое является основным в России предприятием, специализирующимся на производстве малокалиберных боеприпасов для более чем 120 видов военной техники, и единственным в стране, выпускающим патроны катапультирования для спасения летчиков в аварийных ситуациях.
– Все перечисленные вами причины ЧП с боеприпасами – это и есть совокупность факторов, которая сейчас достигла критической точки, – говорит Радик Шавкятович. – Боеприпасы – такой продукт, который не терпит обращения на «ты». Если об этом забывают, он дает о себе знать – взрывается.
У этих небезопасных изделий есть гарантийный срок хранения. А, допустим, малокалиберные снаряды, которые сегодня находятся на военных складах, в основном все просрочены. К тому же они хранятся в неудовлетворительных условиях. Раньше этот арсенал охраняли и содержали военнослужащие, которые знали технологии складирования, разборки, обновления, транспортировки, утилизации боеприпасов. К сожалению, под предлогом реформирования Вооруженных сил этих военнослужащих уволили.
К тому же транспортируются снаряды со многими нарушениями техники безопасности. И малейшая оплошность может привести к трагедии.
– Что же делать с просроченными боеприпасами?
– Их необходимо грамотно утилизировать. Сейчас по¬просту взрывают, чего делать ни в коем случае нельзя. Во-первых, при этом снаряды уничтожаются не полностью. Во-вторых, это наносит огромный вред окружающей среде. Наступило время для кардинального решения проблемы. Несколько лет назад госкорпорация «Ростех», в которую входит и наше предприятие, вышла в Министерство обороны с инициативой создания мобильных комплексов для безопасной, экологически чистой утилизации боеприпасов. Концепция этого проекта разработана, в том числе специалистами Инженерного центра машиностроения нашего завода. Нужно спроектировать и изготовить такие мобильные модули для каждого арсенала. Мы готовы к работе, внесли соответствующие предложения в Министерство обороны. Ждем ответа.
– 2012 год вы назвали годом борьбы за государственный оборонный заказ, объемы которого динамично снижались многие годы…
– Да, год для нас был чрезвычайно сложным. Началась реализация федеральной целевой программы (ФЦП)«Развитие оборонно-промышленного комплекса РФ до 2020 года», на которую предусмотрено крупное финансирование. Однако по отдельным видам военной техники тогдашний министр обороны Анатолий Сердюков сократил, а то и вовсе обнулил госзаказы. В их число попала и целая подотрасль боеприпасов – а это более 60 заводов по всей стране!
Коллектив нашего предприятия обратился с письмом к Президенту России Владимиру Путину. К делу подключились Президент РТ Рустам Минниханов, вице-премьер – председатель Военно-промышленной комиссии при Правительстве РФ Дмитрий Рогозин, благодаря чему ранее обнуленный госзаказ был частично восстановлен, шаг за шагом стали возвращать гособоронзаказы проигнорированным ранее предприятиям оборонно-промышленного комплекса (ОПК). Наш завод получил госзаказ на 2013-2015 годы. Это беспрецедентно за последние 20 лет. Теперь мы можем прогнозировать и планировать свою работу на три года вперед.
И уже есть результат: если в прошлом году удельный вес специзделий в общем выпуске продукции у нас составил всего лишь 11 процентов, то в первом полугодии 2013 года – более 30 процентов.
– Какие еще татарстанские предприятия «оборонки» вошли в ФЦП?
– Серьезные инвестиции будут вложены в Казанский завод точного машиностроения, Научно-исследовательский институт химических продуктов и Казанский государственный казенный пороховой завод. Но самый большой объем финансирования определен заводу имени Серго.
– В июле этого года Владимир Путин и министр обороны Сергей Шойгу инициировали внезапную проверку войск Восточного военного округа. И остались недовольны ее итогами. Глава Минобороны прямо сказал:«Стреляем пока плохо и мало, в иностранных армиях стреляют в разы больше». К тому же, по мнению руководства страны, некоторые виды вооружений устарели.
– Согласен с этим. В соответствии с ФЦП мы реализуем крупномасштабный проект по реконструкции и техническому перевооружению производства военного назначения, где будет применено оборудование пятого и шестого технологических укладов. Проект оценивается в более чем три миллиарда рублей, средства отпущены в основном из федерального бюджета. Будем выпускать новые виды специзделий.
Согласно ФЦП работы по созданию новой производственной площадки должны завершиться в 2017 году. Но мы вышли с предложением в Минпромторг России и госкорпорацию «Ростех»: в целях эффективного использования бюджетных средств закончить проект на два года раньше, в результате будет создан Центр специального машиностроения. Перед нашими инженерами ставим амбициозную задачу – поднимать военную науку.
– Радик Шавкятович, вы неоднократно критиковали естественные монополии за необоснованные повышения цен на их услуги. Считаете ли вы, что нужно административным путем обязать те же Российские железные дороги снизить стоимость грузоперевозок?
– Безусловно. Одна из проблем российской экономики – это рост тарифов естественных монополий. Только за 2008-2012 годы тарифы на их услуги подскочили на 70 процентов! Такие темпы роста недопустимы. Провели реформу энергетики для того, чтобы создать в этой сфере конкурентную среду с целью снижения тарифов. Но снижения не произошло – только рост. Одним словом, промышленность, особенно машиностроение, за динамикой цен на энергоресурсы и услуги не поспевает. Итог – снижение конкурентоспособности отечественных товаров, а это реальные риски для всей нашей экономики.
А расценки на услуги Российских железных дорог просто убивают. Представьте себе, рост тарифов на грузоперевозки в первом полугодии текущего года к аналогичном периоду прошлого года составил 139 процентов! Если раньше промышленники платили только по железнодорожному тарифу, то сейчас – еще и за аренду вагонов. Главное – качество услуг абсолютно не улучшилось. Со станции Юдино, которая под боком у Зеленодольска, по двое-трое суток ждем вагоны, чтобы отгрузить продукцию, в том числе специального назначения. Все производители страдают, это сдерживает экспортный потенциал не только отдельно взятого предприятия, но и всей страны.
В общем, реформирование РЖД заключается только в повышении тарифов и усложнении системы управления в самой компании.
Ситуация с естественными монополиями очень тревожная. И абсолютно правильно Владимир Путин вмешался в процедуру их реформирования. Государство должно оптимизировать тарифы отечественных монополий, иначе российские промышленники потеряют рынки, объемы производства упадут. Допустим, в Китае рост промышленного производства на семь процентов считается трагедией, а в России – за счастье.
Если бы руководство страны не вмешалось в эту процедуру, кризиса в экономике было бы не миновать. Ведь производство – это та сфера, где достигается максимальная добавленная стоимость и, как следствие, увеличивается валовой внутренний продукт.
По материалам: http://www.rt-online.ru/aticles/rubric-71/10101139/